Что вы знаете об английском языке в формате Антикурсы?

ГАЛИНА ФЕДОРОВНА РАСТИТ ДОЧЬ
Я люблю детей! – постоянно повторяет Галина.
Мне хочется ей верить. Но я ей не верю. Многие так говорят: любим детей,– и действительно, когда понадобится сделать что-нибудь важное, они помогут, как помогали во время бедствий и катастроф: эвакуировали маленьких, шли работать в детские дома. Однако, когда дело касается не детей вообще, а какого-то определенного ребенка, соседского сына, всем надоевшего своим озорством, они не распространяют свою любовь или свое желание добра на этого мальчишку. Они говорят: «До чего надоел! Это же надо – такое воспитание!..» И не пытаются понять, почему он так дурно воспитан или, точнее, не воспитан вовсе; отчего он всем надоедает и никому не приносит радости, даже собственным родителям, которые либо совсем не обращают на него внимания, либо наказывают, чтобы как-то оправдаться перед теми, кто им недоволен.

А как надо? Вмешиваться в дела чужой семьи? Подавать непрошеные советы?

Вмешиваться, пока не зовут, не принято, да и не годится; может быть, только в самых чрезвычайных случаях. Подавать советы тоже, пожалуй, следует не всегда: совет, даже самый дружелюбный, может быть плохо принят; а бывает, что и даётся он неумело, в обидной или – совсем уж противно – в ханжеской, лицемерной форме. Да и устарел он – тоже нередко и не впору, узковат для тех, кому предназначен.
Так как же быть, если видишь, что кто-то воспитывает ребенка, девушку или юношу до того уродливо, неправильно, нелепо, что вчуже страдаешь, глядя на это уродство и нелепость? Да и бывает ли, если мы уже давно привыкли говорить про всех детей, про молодежь – наши дети, наша молодежь?
Есть одно средство: воспитывать делом, примером. Если не своим, что было бы самоуверенно, так примером тех, кого можно взять за образец. Воспитывать или влиять добром: обсуждать, что худо сделано, и отмечать то, что сделано хорошо.

Все это целиком годится для маленьких, но помогает и в воспитании взрослых. Разумеется, только в тех случаях, когда можно и нужно действовать примером, а не в тех, печальных и непоправимых, когда в действие приходит та или иная статья Уголовного кодекса. Тогда, значит, запоздали все: учителя, писатели, добрые соседи, любящие близкие. Но винить все же нужно не их, приходивших вовремя и отвергнутых, а того, кто легкомысленно, а вернее бессмысленно отверг все то доброе, что ему предлагалось.